Зара Долуханова

Тем, кто не бывал на уроках, посвященных постановке голоса, самая буйная фантазия не поможет вообразить, какие беседы ведут педагоги со своими учениками за плотно закрытыми дверями классов. По-видимому, это наиболее темная область музыкальной педагогики — в прямом и переносном смысле — ведь инструмента-то, которым пользуется певец, не видно! Вот и бредут учитель и ученик, как правило, на ощупь, используя туманные, зыбкие ориентиры, то и дело сбиваясь с курса, ища каждый свои особые «фирменные» ассоциации, применяя сравнения то со струнными, то с духовыми инструментами, то с голосами зверей и птиц, то с рокотом моря или журчанием ручейка...

Мне, например, так объясняла когда-то секрет правильного пения милейшая, интеллигентнейшая женщина-педагог, воспитавшая, кстати, немало известных певцов, а одного просто-таки знаменитого: «Деточка, это же так просто и естественно! Нужно только построить в гортани равобочную трапецию и пустить звук по диагонали!».

Другой учитель вокала, тоже дама, рекомендовала подставить (мысленно, конечно) ложку под вернее небо и ощущить, как певческие звуки, будто тяжелые капли, стекают с нее.

Однажды я слышал, как маститый профессор, в раздражении постукивая по полу палкой, укорял ученика-тенора: «Сколько раз тебе можно повторять, что, беря верхние ноты, нужно головой по полу елозить. Пока не нучишься, все время будешь петухов пускать!».